Алексей Кручёных. Поэмы. Фонетический роман. 1920–1940 - Алексей Елисеевич Крученых

параде солнечном

тромбон!..

Отто Дикс. Военные калеки. Офорт. 1920

II

Прислушайтесь, —

не пьяный негр чечётку чешет, —

то весело суставчики мои звенят!

Шарниры, гайки – первый сорт,

в груди все рёбрышки – отличнейшей чеканки,

курю и пью я через шланг —

в работе фабрик специальных

нет изъянки!

III

Погладьте:

я хорошо зачерепашен,

не мёрзнут руки – камышовые клещи,

не знают пальцы ревматизма,

мясцо лишь на щеках

стервец-мороз клюёт

то ласковей, то крепче!..

IV

Смотрите —

на визжащем ролике

Кузькиной подскокой

качусь по тротуару

в плоском тазике,

и, словно гильотина,

вскользну по цементу

в молящуюся церковь.

Там под мычание оргáна

зажмуриваю глаза

и масляно примериваю,

смакуя,

ту массу мяса

свиней в сметане

для наслойки на себя.

Вылезают от ужаса

и студенеют глазюшки

у женщин —

телес постельных,

и мужчины

судорожно,

как перед дуэлью,

запахивают воротники…

V

Смеюсь…

Зачем я бегал за врагом,

когда он тут,

перед отгрызенным войною носом?

Зажму,

зашаркаю вставными челюстями,

чтобы не впиться в икры

и —

задний ход!

Я уезжаю громко,

напрягая все пружины.

Смотрю в плевательницу,

оправляю волосы

и —

вскачь домой

в сундук.

VI

Когда ж развинчиваюсь на ночь,

снимаю

кости по порядку,

скулу и ухо – в формалин,

устраиваю локти.

Со мною остаётся голова

– а в ней восьмушка мозга —

желудка два отростка,

кусочек лёгкого,

печёночный пупок

и сердце —

тикалка

на часовой цепочке…

1924 г.

Иоганн Протеза в баре

I

В электро —

горчичном

фонтане

призмы сцен,

флаконом

зорко

кисти разорвав,

тушью Попи —

Марианна

мёртвый чуб!

Рисуй жирафою:

в улыбок марле

ломаешь руки

на эстраде

и в шевелюры

шарикоподшипником

зрачок пролезь!

Ноги

кривую саблю

добросила

к проигранно —

слезящейся серьге!

У позвонков играй подвязкою.

Колючей проволокой

локти

в крик!

В шелках

до горечи

сечёшься бёдрами —

припадочное банджо!..

____

Глазатый визг…

Захлёбнут зал

глотком восторга…

– Бис! —

Сквозь страх свечей

хлыстом

просвистнет соло!

Всему возможная

ошпаришь

зелёным завитком!

Затылок о колени

при-со-во-куп-ляй

шарф!

Плашмя

зашляпной плахой

ресничьей шпилькой

прокрюгочь!

…шарф

в жирах

под ноги

куафёр

шарк!..

И —

взбесишься под люстру!

Утопленницей света

повисла

на софите

и —

за потолок

зашарь ногой —

расширенный прыжок…

…

А в братской яме

загорожен

душевно нюнит

в поношенном экстазе

мотив Гавайи

недосыпающий оркестр…

крысиным всписком,

тискóм,

доской тоски

притиснутый

в зашлюзь…

II

Подошвой шаришь

среди гостей башмачномордых,

двýпýзых,

о, Марианна,

черногубка,

чечётки Мадонна —

– даёшь парижанку!..

Эрст класс

клац!..

Зря,

скрипя колёсами,

к тебе навстречу

– пламя скипидара

в кровь —

привскоком,

как сочный окорок,

залакированною ножкой

пляшу на стойке

в шумихах дымов

и ядовитых смесей

среди эротических растух

над обелисками

залысенных

пропоиц!

Я вызов шлю

ногастым кавалерам —

кто исступлённее,

захлёбнее

забьётся

К А М Б А Л О Й

влюблённости

до сковородок!?!

III

О, мой добрый Рейн!

Я вечно верен тебе…

За волны твои

виноградникам твоих берегов

отдал

настоящие

руки

и ноги!

Что ещё предложить

тебе,

Марианне…

Марихен?!

Смотри, моя родинка,

булыгой черепов

и золотом

выброшенная

на скатерть,

дымящую шампанским

и шпорой

поцелуев!

Смотри,

овечка,

сбрившая брови

по заказу

Квазимодо мод, —

вот пляшет

моё никелированное

сердце

на цепи!

К щиколотке

привяжи его,

к браслету

на танцующей ноге!

Зелёною фисташкою

пляши в упор,

бей

в лоб!

Я здесь,

на верхней вахте,

не выпалю ни слова!

Смотри —

бодрый рыцарь

твёрдо верен

Тебе

до конца —

умру,

не отступлю!..

Иоганн Протеза в Октябре

I

[Косым][31] кульком

жестяных обрезков

на досКХе[32]

самоКХатХе

я выезжаю[33] по делам

сквозь мокростелицу

в осенний мрак…

Со дна —

лязг всех дней —

курам грусть…

…

Без верёвки

вислый упокойник

мокросмертью за-ше-лё-пан-ный

Р Ы О М Ю Р

зарубки скрыл…

…

Тяжелы налипшие клешни

коростой лапки – врозь…

Тащусь

тоской

за пенсией в три пенса

… – Ы-Ы! назло в другой конец

пррогррохочу!

…

От острой охлёстки

укроюсь к другу.

Мокротной плесенью

взгребусь по лестнице

к безногому геноссе Шнайсу,

пропрыгну дверь.